О свободном выборе, благих намерениях и обусловленности.

Сколько раз ни приходится слышать о том, что Земля – это планета свободного выбора, это каждый раз заставляет задуматься. И осмысливать происходящее, собственный опыт, последствия тех или иных выборов.

У меня в разные периоды моей жизни было разное отношение к этому утверждению. С одной стороны – все вроде бы просто, а вот с другой – не просто совсем. В последнее время стало более понятно, что под этим подразумевается. Но до этого, видимо, надо было «дорасти». Как первокласснику без толку объяснять какой-то физический закон, пока он не будет к этому подготовлен предыдущими программами обучения. (Впрочем, нынешние дети, вполне возможно, и не нуждаются в такой подготовке. Они теперь рождаются особыми. Не то, что наше поколение).

Совершенно очевидно, что каждый человек в свой конкретный период времени и в совершенно конкретной ситуации совершает тот выбор, который кажется ему лучшим. Даже если этот выбор – совершить нечто, безусловно порицаемое обществом и моралью. Как бы ни было это странно – но в момент выбора даже самый жестокий поступок воспринимается им как правильный.

Почему же так? Если существуют нормы поведения, этика, заповеди, наконец!

Потому, что в каждой конкретной – мгновенной или долго длящейся ситуации, решения человека, его выбор – это как формула с большим набором «неизвестных», сознательных или (чаще) подсознательных установок, которые управляют этим выбором.

Как формируются эти установки, как их можно изменять – это сейчас можно узнать и этому научиться, благо материалов предостаточно в сети. Как один из вариантов – приходите на личную сессию, я могу быть вашим проводником в этом процессе.

А сейчас хочу проиллюстрировать осознанное на личном опыте народное изречение «Благими намерениями дорога в ад выстелена» на примере из жизни. Чтобы текст не оказался нечитаемо длинным, постараюсь «вводные» к этой картине очертить самыми общими мазками.

Итак. Есть (то есть на данный момент времени уже «жила-была») женщина, которой выпало родиться в самый разгар голодомора в Украине. (Настоятельно предупреждаю, что за любые комменты политического или национального толка – в бан без предупреждения. Эта «геолокация» и временной фактор приведены не для очередной склоки, но как необходимое условие нашей психологической задачи.). Про выбор души родиться в это время и в этих условиях – тоже не здесь и не сейчас. Итак, ребенок родился в разгар голода, и рос, соответственно, первые месяцы и годы своей жизни в таких условиях. Затем ее отец решил переехать в Москву, устроился на Метрострой и перевез семью. Здесь их настигла война, и вторая волна голодного детства «прокатилась танком» по растущему организму и, главное – по психике.

Женщина выросла, неся в своей генетике чувство жестокой нехватки того, что требуется человеку для жизнеобеспечения. Вышла замуж. Не очень вскоре, но родилась дочь. Поэтому дадим нашим персонажам соответствующие «имена» — Мать и Дочь.

Мать уже в подростковом возрасте стала склонной к полноте. (Это одна из реакций организма на прожитый неоднократно пищевой стресс). Дочь унаследовала это. Ведь мы наследуем у родителей далеко не только «глазки» или «губки». При этом у Дочери сформировался устойчивый комплекс вины перед матерью (за кого? За тех, кто устроил голодомор и войну? Бред – но факт!). И всю жизнь угостить маму чем-то вкусненьким, да и вообще – накормить, стало подсознательной установкой, необходимостью компенсировать ее голодное детство, про которое она выслушивала рассказы сотни (!!!) раз от родни. Странным эпизодом из детства Дочери стал случай, когда она, придя из школы, доела блюдечко кабачковой икры (самая доступная икра того времени), а потом взвилась от охватившего ее ужаса, что она «объела маму». И этот случай так и не забыт!

Прошло много лет, Мать после тяжелой операции и последствий длительного наркоза вернулась из больницы с активированными страхами и лозунгом: «Дайте дожить». Согласитесь, нельзя же отказать родному, самому близкому человеку, в этом желании. И поскольку это «дожить» — кто же не захотел бы максимально скрасить ему последние … дни?… недели?… месяцы?…

«Доживание» выразилось в отказе от взаимодействия с миром, кроме телефона и телевизора (!!!). Мать отказалась выходить на улицу… Фактически, сидела сутками (кроме ночи, конечно) на своем диванчике… И присвоила себе «инвалидность» — потому что катаракта и гипертония.

… «сидение это продлилось 18 лет!!!…

В эти годы произошло многое, это были попытки устроить личную жизнь у Дочери, при условии привязки к матери – та панически боялась остаться одна и умереть в одиночестве. И у Матери — наследие детства – вид и запах хлеба вызывал страсть к еде… Овощи она не очень жаловала, свеклу терпеть не могла, и многое из «здоровой пищи» не принималось. Привычки есть привычки и то, что происходило в послевоенные годы, когда организм требовал компенсации, въелось… Возраст, знаете ли… (происходящее относилось к ее периоду с 65 до 83лет).

Финал? Водянка. Кто знает – тот поймёт. 5 с лишним лет водянки…

Если опустить множество деталей, то пример этот приведен вот почему.

Видимо, у Дочери изначально был выбор:

  • Урезать Матери «пайку», сократить рацион до минимального количества полезных продуктов. «Гонять» на улицу – двигаться.
    С точки зрения потенциальных результатов – было бы здоровее.
    Но с точки зрения социума такая Дочь квалифицировалась бы, как сука и стерва, издевающаяся над больной матерью. Не дающая ей спокойно дожить…
  • Потакать. Давать Матери тот самый «свободный выбор». И быть хорошей, заботливой дочерью. Угощать вкусняшками. Не настаивать на том, чтобы активно двигаться – принимая возражения, почему это невозможно…. Потому что у Матери было очень трудное детство. И потому что Дочь носила в себе странную вину за то, что никак не было в ее силах изменить.

В жизни реализовался второй вариант. Из самых, самых-самых добрых побуждений.

Это не спасло Дочь от обрушения в вину и сомнения – все ли она сделала для Мамы, — когда та умерла. И от жестокого осознания того, что «благими намерениями…»… И от понимания того, что «добро» и «зло» все же имеют контекст и весьма относительны. Ну, в человеческом понимании, конечно,  в той мере, которую есть готовность постичь.

Но, может быть, кому-то этот случай поможет задуматься о том, как наша обусловленность нашими подсознательными установками влияет на наш – воистину свободный – выбор.